понедельник, 16 ноября 2009 г.

"Неужели НМГ настолько смела, чтобы иметь руководителя, которого отвергли в Кремле?" // Экс-глава "СТС Медиа" Александр Роднянский о претензиях холдинга

Неужели НМГ настолько смела, чтобы иметь руководителя, которого отвергли в Кремле? // Экс-глава СТС Медиа Александр Роднянский о претензиях холдингаВ прошлый понедельник холдинг "СТС Медиа" подал два иска в Верховный суд штата Нью-Йорк и Канцлерский суд Делавэра к члену совета директоров, бывшему гендиректору и президенту Александру Роднянскому. Холдинг утверждает, что бизнесмен консультирует Национальную медиагруппу (НМГ; управляет РЕН ТВ и "Пятым каналом") — помогает ей в разработке рекламной и программной стратегии, а также переманивает туда сотрудников "СТС Медиа". Поэтому холдинг просит суд лишить господина Роднянского всех причитающихся ему опционов на 8,7 млн акций компании (стоили в пятницу на NASDAQ $146 млн, реальная стоимость при расчете наличностью — около $100 млн), а также возместить причиненный ущерб, размер которого определит суд.
"Ъ" предложил обеим сторонам изложить свое видение конфликта. В "СТС Медиа" отказались ответить на отправленные в пресс-службу вопросы. АЛЕКСАНДР РОДНЯНСКИЙ признался, что действительно тесно сотрудничает с НМГ, но только как с покупателем контента и возможным инвестором его личных проектов.
— Я всегда работал с Clifford Chance. В этот раз также, возможно, воспользуюсь их услугами, тем более что процесс будет идти в Америке.
— Как минимум для меня стал неожиданностью тот факт, что со мной предварительно не поговорили. Текст релиза мне зачитала по телефону ваша коллега. Я полагал, что такие серьезные решения следовало хотя бы предварительно обсуждать со мной напрямую. В этом смысле слово "неожиданность" — это довольно мягко.
Я подтвердил, что да, ко мне обращались, мы обсуждали возможность сотрудничества, но я сразу предупредил НМГ, что у меня есть обязательства перед "СТС Медиа". Поэтому я полагал, что меня как минимум поставят в известность в случае столь характерных для части акционеров "СТС Медиа" жестких решений.
Ни в коем случае подобные решения акционеров нельзя рассматривать в контексте человеческих отношений. Они смотрят на них как на чистый бизнес. Можно как угодно к этому относиться, но, работая с таким типом акционеров, это надо просто принимать как факт. Я так всегда и принимал их решения, вплоть до тех, которые мне были категорически неприятны. Например, о моем уходе с поста гендиректора "СТС Медиа". Но при этом я считаю принципиально важным ставить человека в известность заранее, как это принято в публичной компании.
— Отчасти. Мой трудовой договор с СТС начинался 1 июня 2002 года и заканчивался 1 июня 2006 года. И вот в этот самый день мы провели IPO на бирже NASDAQ. Я тогда очень хотел уйти, поскольку все поставленные передо мной достаточно амбициозные задачи были успешно реализованы и я не видел особых перспектив для себя в "СТС Медиа". Интереснее было сконцентрироваться на производстве кинофильмов и телесериалов. Я поговорил с акционерами, не стоит ли мне уйти, раз все сделано. Они были не готовы к этому. Сказали: "Давай ты подпишешь новый договор, а потом мы уйдем вместе". Я подписал. Думаю, это была моя серьезнейшая ошибка, потому что внутренне я уже был полностью готов к тому, чтобы уйти. Очевидно, это поняли и акционеры. И хотя я по-прежнему был увлечен дальнейшим развитием бизнеса "СТС Медиа" и прилагал к этому все усилия — были приобретены телеканалы в Казахстане и Узбекистане, заключена сделка по покупке российского канала ДТВ,— все-таки для узкого круга акционеров не было секретом, что эта не та "чашка чая", которая заставляет меня трепетать от счастья. И совершенно правильно, что мне искали разумную замену. Единственное, к чему я не был готов, так это к тому, что мне об этом сообщат за три дня до официального объявления и за месяц до вступления решения в силу. Меня это резануло.
— Акционеры. Уточнять, кто именно, не хочу.
— Ничего не могу вам подтвердить. Я разговаривал с акционерами напрямую.
— Они не знали. Они не были со мной знакомы, не будучи глубоко погружены в телевизионный контекст. Им просто было понятно, что я тот человек, с которым имеет смысл поговорить, познакомиться. Я сам сказал, что мне было бы интересно производство. Они, кстати, этот вопрос вполне серьезно обсуждали. Я, например, рассматриваю их как возможных стратегических инвесторов для моего кино- и телепроизводственного бизнеса. Я вполне допускаю, что в какой-то момент мне потребуется полноценный серьезный партнер.
— Если это правда, то как тогда меня вообще можно обвинять в сотрудничестве с НМГ? Это взаимоисключающие утверждения. Неужели вы полагаете, что НМГ настолько неаккуратна и смела, чтобы иметь тайного руководителя или консультанта, которого отвергли в Кремле? Смотрите сами, что у вас получается: я не принят Кремлем, но почему-то работаю в телевизионном холдинге, причем не простом, а политически и информационно насыщенном. Видимо, работаю подпольно не только от "СТС Медиа", но и от Кремля. Притом что я со своими опционами кровно заинтересован в успешном развитии "СТС Медиа". Это же смешно.
Я пытался реализовать свои опционы летом и выкупить акции, поскольку понимал, что они будут расти. Но поскольку компания предпочла заплатить мне наличными, исходя из низкой на тот момент стоимости акций, я отозвал свое предложение. Потом я продолжаю делать как продюсер проекты и для "СТС Медиа". И учитывая все сказанное, я почему-то подпольно начинаю работать в НМГ. Понимаете, как это выглядит "моими глазами"? В этой ситуации мне казалось бессмысленным идти к акционерам и говорить: друзья, ну это все просто смешно. Дескать, я тайно разрабатываю стратегию.
— Я могу только догадываться. Эти же люди, видимо, так же "керосинили" и накачивали акционеров "СТС Медиа".
— Ну например. У менеджмента "СТС Медиа" есть свой узкопрактический интерес. Ну почему не воспользоваться возможностью лишить меня опционов? В условиях, когда стратегический рост для компании очевидно труден и требует интеллектуальных и творческих усилий, появляется возможность найти дополнительные финансовые ресурсы. Почему бы и нет? Красиво! Причем эти финансовые показатели для нынешнего менеджмента, в отличие от меня с моими жесткими целями по существенному увеличению доли, технического покрытия и чистой прибыли, являются главным условием для получения их опционов. Почему бы им тогда не "конвертировать" мои честно заработанные опционы в свои?
— Такого я никому сказать не мог. Поскольку мы с вами общаемся уже не первый раз, вы, наверное, могли заметить, что я очень внимательно слежу за своими словами. Я не разрабатывал стратегию. Я предложил несколько проектов для НМГ, которые могут пойти в прайм-тайм и стать главными проектами канала, как мы говорим, "якорными". Я имею на это право. Эти проекты, если будут удачно реализованы, сформируют новое лицо телевизионных каналов. Подобные проекты я никогда не смог бы сделать для каналов "СТС Медиа", они просто предназначены другой аудитории, они другого жанра. А консультировать зачем? Наверное, когда мне будет лет шестьдесят, я буду профессиональным членом совета директоров, буду сидеть и умничать. Тогда я буду этим заниматься с удовольствием. Но пока мне не шестьдесят, мне хочется делать реальное телевидение и кино.
— На РЕН ТВ я вообще не был ни разу в жизни. Даже не знаю, как выглядит его офис. Знаком я только с несколькими менеджерами канала, с которыми общался, когда они работали в других компаниях. Я пятнадцать лет был лидером больших телевизионных коллективов. Понятно, что многими я и сейчас воспринимаюсь в этом качестве.
— Да, наверное, могут дать телефон моей приемной, чтобы связаться с Катей, моим ассистентом.
— Мой офис сейчас находится на "Мосфильме", скоро мы переезжаем на Лужнецкую набережную. Я часто бываю в НМГ, но я также постоянно встречаюсь с менеджментом и руководством ВГТРК. Почему у вас не складывается впечатление, что я там работаю?
— Давайте не будем детьми. НМГ ТВ — небольшая компания, в которой работает, как я представляю, человек двадцать, из которых три-четыре ключевых менеджера работали в "СТС Медиа". Как это можно сравнивать с такой гигантской корпорацией, как ВГТРК, где работает более двадцати тысяч человек? Я действительно часто бываю в офисе НМГ. На этой неделе каждый день, а, например, на прошлой — ни разу.
— Видимо, это утверждают те, кто ее упустил. С ней разговаривал Ханумян. Я Никонову знал шапочно. Это не тот случай, где бы мое знакомство могло быть полезным. Никонова пришла на "Пятый", потому что на прежнем месте не видела больше для себя перспектив и искала новые варианты. Она ушла бы куда-нибудь обязательно.
— Я ни в коем случае не недооцениваю своих оппонентов. Безусловно, что-то предъявят. Но все утверждения, что я рассказывал, как улучшить рекламную выручку, Ханумяну, который отстроил этот процесс в "СТС Медиа", или раскрыл ему глаза на бизнес-планы и бизнес-стратегию, которую в том числе и он в "СТС Медиа" разрабатывал, я расцениваю как нечто из советского журнала "Крокодил". С другой стороны, вы же мне задаете вопросы: этот сказал, тот что-то говорил, и т. д. Я полагаю, что на суде будет массив такого рода свидетельских показаний, преимущественно косвенных или построенных на попытках доказать, что я имел какое-то отношение к работе в НМГ. Тут я особых угроз не вижу, хотя, конечно, могу быть наивным. Нетрудно собрать любую базу, более того, серьезные юристы ее правильно и убедительно упакуют. Но и мы, разумеется, подготовимся к процессу.
— Ну давайте тогда скажем, что я также консультирую Антона Златопольского по развитию канала "Россия", раскрываю ему глаза на отдельные тайны "СТС Медиа" и увожу к нему сотрудников. На "России" сейчас человек сто работает, когда-то связанных с "СТС Медиа". Ведь это то же самое, понимаете? Мне кажется, руководство "СТС Медиа" выступает сейчас в роли классической унтер-офицерской вдовы, которая сама себя высекла.
В момент объявления о реорганизации НМГ и назначении Ханумяна у них произошла паника, мгновенная инъекция испуга, впрыснутая в жилы непривычных к реальной телевизионной конкуренции менеджеров "СТС Медиа". Не тех, что давно работают в компании и имеет реальное ощущение этой жизни телевизионной, как Вячеслав Муругов, а тех, что пришли только вчера. Они почему-то испугались того, что другие каналы переформатируются, что на них приходят новые люди. И вот они начали неистово пугать акционеров последствиями. Даже в последний квартальный отчет включили пункт про риски, связанные с переманиванием персонала. Для крупной публичной компании это признание в собственном бессилии.
— Вполне допускаю. Я не боюсь судебного разбирательства. Но, повторюсь, и не недооцениваю ту сторону, очень сильную и опытную. Если говорить о компромиссе, то, как мне кажется, требование не работать два года на телевидении для России беспрецедентно жесткое и, кстати, противоречащее законодательству и Конституции РФ. У пианиста пальцы должны быть все время на рояле, так и с телевидением. Ты не можешь просто на два года уйти погулять. Есть масса примеров, когда люди уходили с ТВ, а потом уже не могли толком вернуться. Это моя сторона компромисса, что касается другой, то это вопрос уже не ко мне.
Интервью взял Сергей Ъ-Соболев
Оригинальная статья

Последние новости по теме "Кино":

Главный банкрот России
Порно камерного века
Битва за "Россию": Е.Батурина перешла дорогу Ш.Чигиринскому
Ху знает как
Дефицит без очереди
От компании "Комкон" уводят потребителей // Лицензию на исследование TGI получит TNS Russia
Медведев в Сингапуре обсудит инвестпроекты и меры по выходу из кризиса
"Газпром" подрастерял контроль над издержками // Прибыль компании упала вдвое
В погонах за длинным рублем
Захват аудитории

Последние новости по теме "Телевидение":

"СТС Медиа" совершенствует опционную программу // Холдинг требует денег от Александра Роднянского
На улицах Ульяновска могут находиться неразорвавшиеся снаряды
Шувалов: "АвтоВАЗу", возможно, понадобится новый инвестор
Забота о человеке
"Дайте народу мяса!"
Оба Мао
В президенты со скидкой
Х.Клинтон: США не имеют долгосрочных интересов в Афганистане
Супермодель Синди Кроуфорд стала объектом шантажа
На "ИжАвто" наладят выпуск вазовской "классики"

Другие новости экономики и финансов со словами ХОЛДИНГ, МЕДИА, БИЗНЕС, АКЦИОНЕРОВ, ПОСКОЛЬКУ, КАНАЛА:

"Я не хочу никого пугать словом "интеллектуальное телевидение"" // Владимир Ханумян о том, что будет с РЕН ТВ и "Пятым каналом"